В час, когда я увижу пределы судьбы,
а труба в небесах мне сигнал пропоёт,
я успею воскликнуть:
-Я все-таки был
в этой жизни и выжал до капли ёё!

В миг, когда тело покинет душа,
оставляя скорбящим отжившую плоть,
я успею подумать, что жизнь хороша,
жаль, что мало её мне отмерял Господь.

Но пока черный креп не закрыл зеркала,
и не слышен в ночи третий крик петухов,-
всё ещё впереди, жизнь ещё не прошла
и еще время есть для любви, и стихов!

…………………………………………………………….

Я падал в пустоту и в ней парил.
Но разве пустота была повсюду?
Я видел распростерший крылья Рим,
Христа, Голгофу, крест, толпу, Иуду…

Горят костры безумные в ночи
и исчезает в пламени Джордано…
вот женщина, она из Орлеана,
ах, как же она, Господи, кричит!

Горят костры и узким глазом зрит
на мир владыка древнего Востока –
хлебнет еще мир крови и жестокость
надолго в этом мире воцарит.

Я падал в пустоту и плавал в ней.
Барахтался, тонул, хрипел от страха…
Стоит еще на лобном месте плаха,
вокруг которой хоровод теней

свой танец пляшет…
Новая звезда
взойдет на небосклоне над крестами…
А что же мы?
А что же будет с нами?
Не может быть, чтоб было так всегда…
Не может, недолжно быть, а пока…
Все это явь.
Нет, это только снится,
и час настанет – Господа десница
коснется воспаленного виска!

Я падал в пустоту и в ней парил.
Но разве пустота была повсюду?
Я видел, как Священный рухнул Рим,
и слышал, как Господь простил Иуду.

Прикумский меридиан
(Печатается в сокращении, по одному стихотворению каждого автора)

Коллективный сборник стихов первого Будённовского, ещё единого, литературного объединения. Вышел в 1989г. при содействии комитета ВЛКСМ, Союза писателей СССР. Один экземпляр имеется в библиотеке «Ланы»
Редактор – В.Н. Куропаткин, литконсультант газеты «Утро», руководитель краевого литобъединения «Современник».

Будьте достойны Прикумья
Вступительная статья редактора Вадима Куропаткина(в сокращении).

Археологи знают: с незапамятных времён люди селились только у воды. Так что можно ли с уверенностью сказать, когда появились первые стоянки человека на берегах Кумы?.. Наверняка немало тысячелетий тому назад. И не может того не быть, чтобы уже тогда певцы-пастухи не воспевали здешнюю степь в её диком и простом убранстве, не воздавали хвалу реке- хранительнице и носительнице жизни.
Я же впервые побывал на Прикумье в 60-х годах. Оно поразило обилием виноградников и садов, но сам Прикумск производил впечатление провинциального городка. Помню, увидел верблюда, что вышагивал по асфальту центральной площади. Двугорбый царь пустынь поглядывал на меня свысока. А знойное солнце, жёлтые камыши в пойме Кумы, степь до того ровная, что брось шар – и покатится до Каспийского моря. Солёное озеро буйвола, над которым долго закатывалось солнце. Там вышел на меня из воды красный конь, и повеяло ото всего увиденного азиатской экзотикой и древностью…
Но вернусь в 60-е, когда главной достопримечательностью Прикумска являлся элеватор – самое сложное в то время техническое сооружение. А в конце 70-х развернулась здесь всесоюзная комсомольская стройка…
Прикумье родило двух крупных писателей – Василия Рослякова и Георгия Пряхина. Первый намного старше, участник отечественной войны, из фронтовой своей молодости вынес убеждение, что цена жизни, как мера любви к родине всегда остаётся высшим мерилом человеческих поступков. В книгах «У дяди Тимохи» и «Добрая осень» он пишет: « Моя родина, где я родился и вырос, лежит далеко от Москвы, по берегам малоизвестной жёлтой речки Кумы. Я люблю её больше всех речек на свете».
Василий Росляков дал всесоюзному читателю точные и прекрасные картины природы Прикумья, познакомил его и заставил полюбить местных сельских тружеников. Старшеклассники средней школы №6 переписываются с писателем, приглашали его на обсуждение последнего романа – «Витенька», и он приезжал. Думается недавно созданному литературному объединению при буденовском горкоме ВЛКСМ следует последовать примеру школьников и установить творческую связь с писателем – земляком В.П.Росляковым.
Прикумью посвящены и книги Георгия Пряхина: «Повесть о Насте», «Интернат», роман «Прощание славянки»…
Словом, есть на кого равняться начинающим литераторам Прикумья. Но сегодня… организация литературного объединения, я уверен, удовлетворит художественные запросы буденовцев. Тем более, что благодаря заботе горкома ВЛКСМ вы уже знакомились с творчеством его членов. В сборник «Прикумский меридиан» собраны под одну обложку стихи людей разного возраста, разных профессий и судеб. Говорить о своём творчестве почерке у большинства здесь опубликованных еще рано, однако при отборе мы старались следовать завету Василия Рослякова: «Было бы большой роскошью, — однажды сказал он, чтобы в каждом стихотворе5нии открывали порох, но поэзия, её след, её дыхание, хоть самое малое, поэзия обязана присутствовать в каждом стихотворении».
Желаем, чтобы в поэзии молодых литераторов Прикумья всегда ощущался пульс перестройки, нацеленность на гражданственность и современность!

Иван Котов

Люблю тебя, Прикумье
Отца на фронт я провожал,
А в степь с утра собрался рано –
На жарком тракторе пахал
И день, и ночь я землю рьяно.
Когда же сам шёл на войну,
Еще семнадцать не свершилось.
Свернул за угол, — вспомяну –
А сердце больно вдруг забилось.
Прощай, прощай отцовский дом,
И улица, где детство прожил,
Где юность шла моя потом,
Есть в мире что родней – дороже?
О, солнце, степи, вольный ветер!
Вернулся я живой, счастливый:
В Европе, право же не встретил
Раздольнее пшеничной нивы.
А пойма глинистой Кумы?..
Лишь вроде камышом богата,
Теперь влечёт в свои сады
Дразнящим запахом муската.
Я вырос здесь и пас коней,
Любил скакать в широком поле.
Ловил с азартом окуней
На Буйволе, учился в школе…
Всегда Прикумье любо мне,
И с ним не пережить разлуки.
Люблю я отчий дом втройне
За то, что здесь остались внуки.
Нет, ни за что и никогда
Буденновск я не променяю
На золотые города…
Пусть даже жизнь я потеряю!

Надежда Хмелёва

После операции
Прекрасно просыпаться
И чувствовать: живёшь!
Наивно удивляться, что так легко стаёшь,
Что можешь рассмеяться,
Любить, работать, петь,
Стихами восторгаться,
В лучах ладони греть,
Совсем не замечала,
Что жизнь так хороша!
Начать бы всё сначала,
Чтоб так моя душа
Очистилась от скверны,
Как ангелы в раю…
Умнеем мы наверно,
У бездны на краю.

Светлана Бирюкова
* * *
Перед рассветом звуки шагов особенно слышно.
Глупое сердце и маятник старый, вы там потише,
Слух-тетива. Ожидаю мгновенье звука начало.
Я так хочу, чтобы сердце твоё ближе стучало…
Звёзды в соседстве. Их вечную светлость в душу приемлю.
Но на балконе высотного дома слушаю Землю!
Николай Костюк
Вдоль просёлка солнышко катится,
Меж зелёных кустов блестя,
Словно девочка в светлом платьице
Улепётывает от дождя.
Ливень бросился было в догонку,
Да отстал, пролившись на луг.
Громыхнуло над пыльным взгорком,
Проворчало эхо вокруг.
И умытые, будто в сказке,
Колдовскою живой водой,
Удивлённо «анитины глазки»
Раскрываются над водой.

Юрий Зубков

Только взглядом одарила
Не простишь и не осудишь.
Всё прошло, как первый снег!
-Значит, ты меня не любишь?
-Что поделать? Значит, нет!
За улыбкой слёзы скрыла.
Рот отныне — на замке.
Только взглядом одарила,
Как ладонью — по щеке!

Сергей Андросов
* * *
Встану я до зорьки,
Встану утром рано.
Ты же спи, родная,
Спи, моя Татьяна.
Я открою двери
И к пшенице в поле
Выйду, чтобы встретить
Зорьку на просторе.
И как только краем
Небо загорится,
Я на встречу зорьке
Выйду из пшеницы.
Я скажу ей: «Дай-ка
Лоскуток багряный
Для моей любимой,
Для моей Татьяны».
И тебе, родная,
Я на солнце-конях
Лоскуток багряный
Принесу в ладонях.

Римма Каранова
* * *
Мы бывало, рядышком пройдём-
Взгляды восхищённые ловили.
Где б не появлялись мы вдвоём:
«Ах, какая пара», — говорили.
Затерялся символ – два кольца
И дорожка что-то заметалась.
Нам казалось, нету ей конца,
А такой короткой оказалось.
И в душе давно уже не май,
Мы присели друг напротив друга…
В самоваре остывает чай,
Души заволакивает вьюга.

Леонид Латышев

Улица моя
Нашей Пролетарской далеко до Пушкинской-
Нет универсама, кафе и площадей.
Змейкой по окраинам вьётся переулками
Средь акаций, пыльных, вишен, тополей.
Наша Пролетарская – улица как улица
С низкими домами, но с большой душой.
Никогда не старится, сроду не сутулится,
А живёт и здравствует над рекой Кумой.
Вот какая улица – наша Пролетарская,
Сильно не красуется, не лезет на перёд.
Не затмишь весной её никакими парками,
Почему ж «Нахаловкой» окрестил народ?.

Татьяна Жуганова

Что случилось?
Вот недавно я проснулась
И, признаюсь, удивилась:
Мне вдруг солнце улыбнулось!
Что же всё-таки случилось?..
Розы мне росу стряхнули,
Чтобы чисто я умылась,
Ивы – ветви протянули…
Что же всё-таки случилось?..
Птицы радостно запели,
Словно горе с них свалилось.
Неужели? В самом деле?
Ну, конечно, я влюбился!
Я влюбилась в дождик, солнце,
В мир бескрайний я влюбилась,
Все сегодня удаётся-
Всё, что раньше не сложилось.

Идея Середа
* * *
Я свет тебе подарила.
Я жизнь тебе дала.
Так нежно тебя любила!
А как я тебя ждала.
Целю твой крохотный пальчик
Ласкаю льняной волосок…
Ты лучший на свете мальчик,
Ты радость моя, сынок!

Александр Яковлев
* * *
Под снегом древняя равнина.
В сугробах тонет отчий дом.
Как хороша моя рябина
За шатким ивовым плетнём!
Средь бела дня костром пылает,
И я во все глаза смотрю:
Моя рябина осыпает
На снег дроблёную зарю…

Владимир Урусов

Лабиринт
Лабиринт нерешённых проблем.
Я иду, в тупики попадаю.
Лабиринт неоконченных дел.
И когда завершу их, не знаю.
Но назад мне возврата уж нет.
Все мосты позади уж сгорели.
Впереди — где желанный просвет?
Как достигнуть намеченной цели?

Марфа Мечетная

Осенний лес
Наряден лес по осени
Мне глаз не оторвать
Берёзы листья сбросили,
Собрались зимовать.
Оранжевые, красные
И золотые с синью
Так незнакомо ясные
Леса моей России!

Пётр Шабанов

Весна
И день за днём весна ясней.
Задорней птичий гам.
И ветерок поёт о ней
По солнечным лугам.
И, сбросив панцирь в ледоход
Занежилась река.
И стал просторней небосвод,
Воздушней облака.
В кустах засвищет соловей,
В простор полей маня.
Зайчатами среди ветвей
Играют блики дня.